Росчерк дождя в лужах -
Сотни страниц капать,
Скоро придет стужа,
Ну а пока слякоть,
Скоро придут вьюги,
Ну а пока морось,
Сосны поют в круге -
Прежних веков поросль,
Прежних дорог русла -
Нежно хранит ветер
Наши с тобой чувства
И ковыля степи...
для Квендиэль:
Это как взгляд из одного мира в другой, здесь промокший бор, там холмы, степь и ветер, а дороги - их соединение в пространстве и времени, сон во сне.
Отдай
То что внутри,
Кипит в душе,
Порывами ветра,
Взлетай
И не смотри,
Пари в вышине,
Вместе с рассветом,
Испей
Жизни добро -
Чашу сердец,
Света источник,
В ней,
Как серебро,
Пара колец,
С вязью из строчек...
Утро или вечер? На выбор, на вкус, на игру настроений, иногда приходится выбирать. Пусть будет вечер, вечер осени, когда моросящий дождь шуршит по багряным листьям высокого, раскидистого дерева. С деревом определяться не нужно, это клен. Почему клен? Я не знаю, клен и клен, к чему задумываться, он всегда тут был. Сидя в кресле, смотреть в окно, пить горячий чай, отдыхать. Всегда проще отдыхать в уютном теплом доме, когда снаружи сыро, слякотно, не тепло и не уютно, почему так, не знаю. Напротив книжный шкаф, он занимает всю стену, книг много, о чем они не знаю, всего знать нельзя. Не знаю того, не знаю этого - совершенно не напрягает. Какой все- таки чай? Хорошо, буду выбирать, выбираю Да Хун Пао. Говорят, что осенью самое время пить Да Хун Пао. Ну вот, вроде бы все готово, можно засыпать и пусть дождь не прекращается. Все, засыпаю...
Ночь как ночь, темно и тихо
Тенью гривы тополей,
Зачарованной ткачихой
Соткан желтый лунный зверь,
Грациозно-невесомый,
В легком воздухе ночном
Он порхает с незнакомым
Бархатистым мотыльком,
С ними я порхаю вместе
В снах который год подряд,
Там, где полог звезд небесный
Укрывает дивный сад...
Хорошо ли, плохо ли,
Холод иль жара,
Город суматохою,
Плещется с утра,
Серые трамвайчики
Звякают навзрыд,
В подворотне мячиком
Пьяный индивид,
Пыль и грязь простудою,
В давке крепкий мат,
И с какой- то дурою
Треплется солдат,
Блеклыми картинками
Жизни беготня,
Как чужими снимками
Фоторобот дня,
Цели и стремления
Скомканно-пусты,
Заказные прения
Проданной страны,
А с небес без продыху
Дождь, как из ведра,
Всем, конечно, побоку,
В планах Кин-дза-дза.
Странные наши пути,
Легко, тяжело ли идти,
То в бездну, то птицей на пик,
И так каждый день, каждый миг,
Рисунок на карте дорог,
И вольного ветра глоток,
А под ноги слякоть невзгод,
Нельзя угадать наперед,
Где вечер смыкает уста
И в грудь темнотой немота,
Но есть еще силы шагать,
Любить, понимать и прощать...
А автор похож на ветер, на песню ручья и на шелест листвы. Это особый дар.
Спасибо, ощутила себя невесомой и бестелесной, слилась со всем, что вокруг и растворилась в этом. Словно ожила. Теперь можно возвращаться в свою оболочку.
Ты, может быть, царь природы
И носишь галстуки в клетку,
А он воробей убогий,
Сидящий на голой ветке,
Вот только в глазах твоих холод
И сердце дрожит в простуде,
Лютует финансовый голод,
Хоть ешь с золотого блюда,
Ему же лишь ширь дороги,
Простейшему из творений,
Ведь он воробей убогий
У Бога сидит на коленях.
Откуда этот теплый вечер?
И тополей простая зелень,
С душой негаданная встреча,
В провинциально тихом сквере,
А в синем небе облаками
Плывут случайные минуты,
Все было просто, было с нами...