Форумы-->Творчество-->
<<|<|55|56|57|58|59|60|61|62|63|64|65
| Автор | Иной мир: Лестница. Песочница. (продолжение) |
|---|
- Куда пойдем? – поинтересовалась бесовка, освобождая конфету от обертки. – Ночь только начинается.
- Домой, - ответила Ольга, направляясь назад во двор, чтобы обойти дом на остановке и выйти со стороны забора рынка и детской площадки.
- А ты уверена, что в том направлении твой дом? – достала с пакета очередную конфету. – Мне, конечно, все равно, но просто интересно.
- Пошли и узнаем, подружка. Просто немного обойдем.
- Как обычно, - «штрафная» снизала плечиками.
И пошли подружки в обход, прогуливаясь по не везде освещенным улицам. И чем дальше отходили от места «легкого безобразия», тем в домах все меньше горел свет в окнах. И откровенно было скучно шагать. А после того, как обогнули всего лишь один дом и вышли на освещенную дорогу проспекта, поняли, что уже совсем безопасно. Они видели, оставшиеся позади машины, и шли по совершенно пустому тротуару. Пересекли дорогу, пройдя не особо торопясь. И завернули за очередной угол, чтобы дворами пройти к родному и любимому дому.
Там обогнули детский сад и спустились по тротуару, чтобы выйти к дороге, где мимо футбольного поля с детской площадкой можно прогулочным шагом добраться до любимого двора. Юркнуть в подъезд и добраться до своей квартиры. И пока все спят, так же забраться под одеяло в уютной постели.
- Трюфельку? – поинтересовалась бесовка, цокая копытцами по дорожке к двору. – Такие вместительные пакеты в этом «Мире Сладостей».
- Очень быстро пакет пустел, - сказала Ольга, глядя на погруженный в темноту двор. – Надолго не растянешь. У нас каждая по не многу попробовала и пакет пуст.
А у двери ее ждал, не заменимый во всех отношениях механический страж, домофон. А с собой у нее нет ни связки ключей, ни брелка с кодом домофона. Обшарила карманы и ничего, кроме платка не нашла. А чего унывать, если знаешь номер квартиры? Нажала нужные кнопки и стала ждать ответ. Обычно подходит бабушка. С соревнований она ее встречала. Сейчас ждала обычного щелчка для того, чтобы просто открыли дверь. И он последовал сразу же. Ольга улыбнулась и открыла дверь. От бесовки просто так не избавится и особого смысла уже нет: вот-вот доберется до квартиры, а там и до постели. Поднялась по ступеням к своей двери и позвонила: если открыли, так уже и ждут.
- Кто вам нужен? – поинтересовался небольшого роста коренастый мужичок с проплешинами и сединой, зевая. – Я думал, что на работу вызывают.
- А где семья Подсолнух? – вопросом на вопрос отреагировала Ольга.
- Они давно тут не живут. Тут живу я, - и закрыл дверь.
- Полагаю, что надо искать твой новый дом, - сказала бесовка, заглядывая в пакет. – И нам понадобятся деньги на поездку. Есть идеи по этому поводу?
- Отсюда надо ехать в спортивный интернат, но особой уверенности нет, - та пошла по ступеням вниз. – Без документов – не реально куда-либо попасть.
- Каждый город – это проекция одно и того же места. Он отличается лишь чем-то незначительным, а в основном все одно и то же. Пошли искать сначала твой интернат, а потом и твой дом. | Легко сказать, а как исполнить? Сейчас не день, а глубокая ночь. И все приключения ее немного вымотали. Размышлять о спортшколе особо долго не пришлось. Найти ее – нетрудно, но вряд ли она каким-то образом заменит спортивный интернат. Там и габариты другие, и уровень выше. Словом, зашагали с подружкой в сторону спортивной школы за городским парком.
- Как раз и посмотрим на то, что изменилось за это время, - заявила «штрафная», закидывая мармеладку в пасть. – Полагаю, что там уже не только тихо, а и пусто.
Прошли по дорожкам, отсекая дворы пятиэтажек и пролетая часть улицы. «Штрафная» угостила ее конфетой и, уловив порыв ветерка, подхватила за кисть. Такой легкости от себя Ольга не ожидала и действительно полетели, поднимаясь несколько выше желаемых этажей. Там ветер усилился, словно случайно, и направил парочку подружек над крышами домов практически по более короткому пути. Пролетая мимо тех мест, откуда сбегала, заметила не только полную тишину, но и темноту вокруг. Люди спали.
Ветер оказался с порывами. И от подобного те не прямо махнули к спортшколе, а их занесло с «поворотом» к «Колесу обозрений». Получилось, что пришлось подниматься над верхушками парковых деревьев и обогнуть кабины аттракциона снизу вверх. Добрались до его вершины и ринулись в направлении крыши здания школы. С той высоты нельзя было не разглядеть знакомое освещенное место. И действительно, долетели очень быстро. Правда, толку практически не оказалось. В больших панорамных окнах света нет. Горит сигнализация и свет пробивается только из комнатки сторожа-вахтера. Два этажа отданы под небольшие спортзалы согласно секциям и найти родной ей не составляет особого труда. Ее взгляд упирается на три панорамных окна, а бесовка уже скалится.
И ей ничего особо и делать-то не пришлось, как только щелкнуть своими коготками и подуть, взяв свой хвост в лапки. Щелкнули замки в дверях. Сигнализация хранила спокойствие в собственной цепи. И только бдительный сторож появился из сторожки, включив свет. В холле было пусто, но он точно слышал шаги, которые удалялись по лестнице наверх. Тот пошел за звуками, потушив свет в холле. Это был откровенный непорядок в его рабочее время на вверенной территории. Устранить его и найти зачинщиков – прямой долг.
Ольга не спешила, поскольку понимала, что не зачем. Здесь никого нет и отсюда она вряд ли попадет туда, где готовилась к своим будущим свершениям. А бесовка цокала по полу и оставляла на полу обертки от очень вкусных конфет. Иногда и просыпала крошки от печенья и воздушных вафель с начинкой. Подруга не могла понять одного: как столько всего могло влезть в бумажный пакет, который уже давно должен был опустеть. И его не должно быть в этих лапках. А между делом та весьма вкусно чавкала и угощала подружку. Схема эвакуации при пожаре висела на самом видном месте, и пройти мимо нее нельзя. И Ольга стояла и разглядывала табличку. Три зала на этаже, два лестничных пролета по сторонам, общий коридор и раздевалки для каждого зала. И указаны места с огнетушителями и выход при пожаре.
Конечно, и спортзал, и раздевалки закрыты. И ей там особо и делать нечего. Но все-таки заглянула в замочную скважину. А зал был совершенно другой. «Штрафная» щелкнула коготками, и дверь открылась. Зашли. Сторож крался за ними по пятам. Он видел двух девиц в спортивной одежде, которые скрылись за дверьми спортзала. И ни одну тот узнать не мог, но костюм одной был каким-то знакомым. Подкрался. Прислушался. Заглянул в замочную скважину. Темнота. Порылся в кармане брюк. Вытащил оттуда связку ключей. Открыл дверь. В спортзале ничего не поменялось. Тишина и темнота. Щелкнул на щитке выключателем. Пусто. Никого нет в зале. А он точно видел, что две девицы закрыли двери. И спрятаться там негде. Выключил освещение и закрыл на замок двери. | Ольга и «штрафная» уже шли по коридору совершенно другого здания, но то же спортивного. Эту разницу уловила сразу по обстановке спортзала. И как только бесовка закрыла двери, так полу улыбка появилась на ее губах. И значит только то, что здесь есть ЕЁ комната и постель, где можно приклонить голову и растянуться во весь свой рост. И всего что нужно ей сделать, пройтись из спортивного комплекса в жилой. И нет ничего проще: в теплое время года – по улице, а в холодное – по нескольким переходам. И поскольку сейчас холодно, то повернет вправо к переходу между корпусами, а бесовка потянула ее влево… к лестничным пролетам.
- Зачем? – удивилась Ольга, остановившись. – Можно и тут остановится. За мной здесь числилась комната.
— Вот именно, что числилась, - хихикнула «штрафная», явив в очередной раз глаз симбионта. – Или ты полагаешь, что до сих пор там есть твоя комната?
- Ну, до сих пор – вряд ли, но это мои воспоминания, - и теперь бесовка оскалилась, а Ольга ей удивилась. – Пошли, подружка.
«Воздушка» снизала плечиками и проследовала за Ольгой, которая направилась по темному переходу, освещенному светом Луны. Никто не стал спорить и отстаивать свое мнение. Добраться до собственной комнаты Ольге не составило большого труда. Ничего не изменилось ни в здании, ни в коридоре, ни в двери. У каждой двери есть свой замок, а к нему – ключ. Бесовка протянула лапку и жестом потребовала ключ, чтобы войти. У Ольги его не было. Да, и не могло быть, поскольку при завершении обучения и убытии из интерната, ключ оставался у вахтера. И запрещалось делать дубликат без ведома администрации. Бесовка пошевелила коготками более требовательно.
- У меня нет ключа, - прошептала Ольга. – Я хотела бы глянуть: есть ли там кто-либо или нет?
- Нет ничего проще, - ответила бесовка, щелкнув свободными коготками. – Смотри.
И пока та немного колдовала, пакет из «Мира Сладостей» завис в пространстве легче пуха. Та оскалилась в ответ на ее вопросительный взгляд и вытащила трубочку с вареной сгущенкой. Кто ж от такой-то вкусноты откажется? И Ольга подхватила из ее коготков хрустящую трубочку. Тяжесть в сладости – хороший признак. Там много начинки! В некоторых магазинчиках при кулинарных цехах в «заварное» пирожное лишь на половину вдавливали крем. А вот сливок было много, поскольку заполняли пространство, словно монтажная пена из баллона. И та вошла в комнату, не включая свет, чтобы никого не разбудить. Ее разобрало любопытство: есть ли кто-то на той кровати или нет? Старалась не шуметь. Еще несколько раз шагнула и затихла. Присматривалась в темноте. Коснулась слегка места, где обычно плечо или рука. Она без труда нащупала тело спящей девушки. И поняла, что кровать ее занята. Шагнула в сторону, чтобы проверить другую кровать, но и там так же спал человек. И ей было не обязательно смотреть на них, чтобы понять истину: комната занята другими людьми. И за то время, что прошло, много спортсменок пролежали на ее кровати. Ольга повернулась назад, а бесовка оставила на темных пятнах тумбочек по несколько конфет с пакета сладостей. Повернулась и поцокала вслед за подружкой.
Спустится по лестнице ничего сложного, а вот вахтерская с вахтершей и закрытые двери – да. Уже глубокая ночь и все в комнатах спят, и только доблестная стража у лампы читает очередной женский роман о резких поворотах в жизни, человеческих страстях и о начале счастливой жизни. Красочная обложка и толщина книги выдаст читателю все в большом объеме. Как еще в тишине можно скоротать ночи дежурства? Временами она выходит из комнатки и прохаживается по коридору к окнам. | Бесовка походкой модели в наглую идет к двери, копытцами выбивая бравурную мелодию. Ольга следует за ней. Засов и замок на входной двери и такая же пара на двери в холл. Она помнила об этом с тех самых времен. Это не было секретом. Вахтерша отвлеклась от книги на странный шум, которого в принципе не могло быть. Не торопливо поднялась с стула, положив линейку на нужной странице. Притаилась. На подобные случаи была строгая инструкция: «В стычки не вступать! Просто нажать на кнопку и ждать приезда полиции!» Кнопка вызова находилась в легком к ней доступе. Подобный шум не могли издавать ни кроссовки, ни обычные туфли. И разум сразу же выдал - туфли на шпильке. А вот поход из корпуса в ночь в такой обуви настораживал. Еще больше ее удивила девушка в бело-голубом стиле "пикси" каре с асимметрией. Складывалось впечатление, что волосы у нее сами по себе шевелились, а не находились в жесткой укладке. Ее большие и пронзительные глаза то становились синими, то светло-голубыми. Тонкие губы имели странный синий цвет на нижней губе и голубой на верхней. Все это украшалось блеском, что напоминал иней. Увидела маленькие клыки, улыбку, похожую на оскал и то, как она подула на вахтершу. Ольга наблюдала за тем, как вахтерша уснула над занимательной книгой, дочитав ее до середины.
Подружка щелкнула коготками, и замки открылись, щелкнув, и зависли в воздухе. Засовы отошли тихо. Двери отворились без лишнего шума. Ольга вышла на улицу, а бесовка немного задержалась, оставив на столе две шоколадных конфеты. Еще через миг все двери закрыты, и тишина вновь в холле. Они удалялись в ночь, и фонарь провожал их лучом собственной лампы.
Бежать к автовокзалу, чтобы что? В это время нет там никого. Ехать надо куда-то и откуда-то, и за что-то. Ну, да, в ее карманах нет ни обычной мелочи, ни карты, ни ключей. Ждать там в сторожке у диспетчера до восьми утра? А ехать за что? То ли ее терзания были на лице написаны, то ли подружка читала мысли, но та оскалилась и сказала:
- Нет смысла куда-то бежать. Любая дорога – это дорога, которая приведет тебя домой. Просто нужно знать, куда идти. Шагнули, - лакомясь очередной мармеладкой.
И действительно, ночные фонари, темные дома и деревья, словно стражи – все, что видела Ольга, чтобы добраться по дороге домой. Они не встретили ни одной машины, ни одного человека. И откровенно говоря, бесовке было скучно. Создать что-то на подобии прошлого забега по домам и крышам не хотелось – уже было. Натравить на подружку псин – интересная затея, но ее больше всего интересовал новый дом.
Ольга улыбнулась, увидев знакомый поворот и дугу дороги к родному дому. Бесовка проследовала за ней, не выпуская пакет из лапок. Морок девушки в спортивном костюме исчез, явив ее обычный вид. И их встретил лай собаки, которая учуяла обоих: и хозяйку, и бесовку, оскалившись в другую сторону.
- Да, животные нас чувствуют, - сказала бесовка, оскалившись. – Бери пакет, подружка. Будет тебе, что вспомнить.
Она протянула его Ольге. Та хотела отказаться, но пальцы вцепились в него сильной хваткой. И бесовка осталась за воротами дома. Она закрыла калитку и направилась в дом.
- Пригласи меня в дом, - потребовала «штрафная», вертя третьим глазом. – Трижды.
- Нет, - ответила Ольга, покачав головой. – Тебе у нас делать нечего.
- Подружка! Заметь, что ты идешь на своих ногах!
И та рухнула оземь. Бесовка только оскалилась, явив маленькие клыки. Ольга видела, как та легко воспарила над калиткой, но перейти забор дома не смогла. Стала на калитку копытами и совершила великолепный по красоте прыжок сальто назад с винтом в два с половиной оборота. Наблюдала приземление подружки в удобном положении. Пакет из «Мира Сладостей» валялся рядом. | - Конфеты хоть родителям оставь, сладкоежка! – крикнула бесовка, взмывая над деревом. – Тебе осталось немного до цели, чемпионка! Докажи то, что ты можешь!
И исчезла, а Ольга, испытывая и холод, и боль, и внезапную тяжесть от якобы «чужих» ног, поползла по-пластунски. Сбивая локти о тротуарную плитку, добралась до ступеней лестницы. Это на площадке было бы удобно покрутить и проехать по веранде на коляске. А тут нет ничего, кроме собственного больного тела. Двигалась к цели, не обращая внимания на боль. Ей требовалось еще и подняться по ступеням, и добраться до двери, и, самое главное, попасть в дом, чтобы оказаться в постели после душа. Ну, в самом-то деле, не ляжет же в кровать в таком виде. Доползти до ступеней оказалось трудно, поскольку, несмотря на небольшой участок, путь не уменьшался ни на величину ее тела. Она повернулась в сторону калитки. Облокотившись и сложив лапки, бесовка наблюдала со стороны на все усилия подружки добраться до дома.
- Подружка, только три раза, - сказала та шепотом. – Ты будешь ползать, чтобы добраться до ступеней. Тернии тебе в помощь.
И ее накрыла боль тупая и вяжущая вперемежку с всплесками «острых» уколов от бьющих из тела шипов. Ольга вскрикнула и прикусила губу. Подуть на раны стало невозможно из-за ее текущего положения. Облегчение и убрать боль не получилось, поскольку ей нужно было двигаться к двери, а не заниматься тем, что появлялось с тела. И при каждом движении слышала странный и от этого страшный скрежет, скрип о плитку. Бесовка не сказала больше и слова, разглядывая за увлекательной борьбой человека с возникшими проблемами.
Ольга только с третьей попытки добралась до ступеней и, словно тюлень, попыталась забраться с помощью локтей и кисти, пытаясь изобразить «волну». Ноги волочились балластом внизу. Передохнула. Выдохнула. С горяча зашипела, с досады о случившемся, поглядывая на ноги и соображая, как нужно будет руками закидывать ноги на веранду. Повернулась в сторону двери и вскрикнула. Морда кота издала долгое «мяу». Изогнул спину и вздыбил шерсть. Хвост был ровный, как по линейке. И та явственно видела выпущенные когти.
- Защитник, - прошипела бесовка, зыркнув на кота. – Заползай в дом. На сегодня твои приключения завершились, - и исчезла.
И та значительно быстрее, чем раньше, добралась до двери. Дотянулась до ручки и потянула к себе. Та подалась и щелкнула. Открыта. Хорошо, что никого будить не пришлось. До звонка все равно бы не добралась. Коляску нашла на веранде, на «старом» месте. Думать над тем, как оказалась коляска на улице, а не в доме, не стала. Большая часть сил ушла на то, чтобы забраться в нее. И как только уселась в ней, отдышалась. Не обращая внимания на грязные вещи, покатила в душевую. Там, собственно, и разделась, оставив грязные вещи на полу, а сама под душ, чтобы смыть всю грязь. Она не могла себе представить, что настолько запачкалась. Она видела, как что-то похожее на нефть с нее смывалось на пол. Из-за плотности начала образовываться лужа. Пришлось пытаться «грязь» разбавлять водой и ждать пока какая-то часть уйдет в канализацию, а оттуда в выгребную яму. И «грязь» не брало ни мыло, ни порошок, ни туалетная жидкость. От такой смеси только начинали появляться пузырьки. Пришлось сидеть под струей воды, которая и очищала тело с головы до ног. И только потом помогли ей и мыло, и шампунь. С одеждой поступила так же: сначала прополоскала, а после только постирала и вновь прополоскала. Практически полусухие вещи пахли «Альпийской свежестью». Ее клонило в сон, и чтобы не уснуть, та делала вполне обычную гимнастику для развития мелкой моторики пальцев. Упражнение так называется «лестничка». Все очень просто. Сначала большой палец правой кисти проходится по вершинам пальцев левой кисти. Затем указательный в обратном направлении. Главное - не совершить ошибку: не включить в работу соседние пальцы правой кисти. Соблазн на ошибку очень велик, когда подкатывает азарт. После того, как завершится цикл, кисти меняются в обратной последовательности. Это только начальный этап. Затем пальцы одной кисти сгибают и продолжают отсчет. И так пока не образуется «кулак». И постоянно хочется увеличить скорость движений. Конечно, можно еще кончиками пальцев катать шарик от пинг-понга или искусственную бусину. Однако у Ольги ничего, кроме собственных рук, не было. | Упражнения отвлекли ее от зевания только до момента, когда добралась до постели и переползла в постель, отбросив край одеяла. Кот зашипел, но не двинулся с места. Ольга аккуратно положила на подушку «тяжелую» голову. И закрыла глаза…
* * *
Ее глаза открылись, словно пружины, отбросили веки. Ресницы взлетели и остановились в одной точке. Она пыталась разглядеть ночной потолок. Кот развалился на ногах. Она заметила его присутствие только по отблеску глаз кота. Пришлось живую «грелку» насильно перенести ближе к полу. Сама же минуту посидела на постели, чтобы собраться с мыслями. Кот запрыгнул на постель и умастился на ее ноги. Пришлось убрать его, чтобы заняться ногами, свесив с кровати. Пересела в коляску и устроилась по удобнее. Пришлось ехать по своим надобностям. Пока суть да дело и умылась, чтобы прогнать сон и зевоту. Переоделась для своей гимнастики и покатила к месту занятий.
- Вы что-то можете, но не можете все, - говорил тренер, прохаживаясь между снарядами. – Некоторые из вас не могут нормально размяться и разогреться. Приходится мне за вами присматривать несмотря на то, что вы уже «кандидаты» в мастера спорта. Звучит, как насмешка. Барышни, а что стоим? Побежали!
И все побежали. Всего десять кругов, а после пришло время разминки. И Ольга разминалась, как и все спортсменки перед работой на снарядах. Сегодня ее программа на бревне и опорный прыжок. Разминала руки от кончиков пальцев до плеч. Затем от плеч до поясницы, выполняя несложные упражнения. После переключилась на ноги. И входе них настраивалась на работу на бревне. Отпрыгала свое. Непродолжительный отдых на низком бревне в медленном проходе всей программы. Чтобы выработать до автоматизма, нужно сделать проход немного больше ста раз. Да, долго и много сил будет положено, но по-другому вершины спорта не берутся. И чтобы остаться «на плаву», нужно очень стараться.
И Ольга старалась, прорабатывая нужную группу мышц. И раскисать ей нельзя, чтобы просто жить. Нужно еще одно усилие, чтобы добраться шажочком до вершины. И собирает остаток сил на рывок. Рывок, и больше уже ничего не надо, кроме простого закрепительного «спуска» вниз. Последние «разы» делаются трудно. Радость подкатывает только потому, что успешно завершила гимнастику на сегодня.
Закипятила воду и заварила чай. Пока тот набирал силу, укатила в душ, чтобы привести себя в форму и постирать вещи после тренировки. Постоянство – один из камней домашнего быта. И Ольга не особо хотела непонятных перемен. Ее устраивало то, что пока есть. Она равномерно шла уже к вершинам мастерства в швейном деле и рукоделии. Сейчас просто откинулась на спинку коляски и наслаждалась чаем и печеньем из жестяной коробки.
Семья Подсолнух уже проснулась и занималась домом и нехитрым хозяйством. Ольга слышала приветственный лай хозяйки двора к хозяину дома. Савва разместился в кресле и дремал. Он не слышал еще ни одного аромата из кухни и проявлять бодрость смысла нет. Отправилась мыть чашку из-под чая. И пока отца не было в доме, помогала по кухне на простых операциях. Оказывается, что высота комплекта отличная, а работать не удобно из-за разных дверей с ручками, что упирались то в ноги, то в колесо коляски. А вот за столом – отлично, и нигде ничего не мешает.
И пока готовится блюдо завтрака, Ольга занимается приготовлением теста для печатного печенья. Рецепт продиктовала мама, а та не спеша взвешивала и собирала продукты. Хорошо вымешивала тесто и только в конце добавила соды и погасила там же уксусом, делая его пышным. Мама не мешала, давая возможность ей набраться опыта. Получались печенье всех оттенков коричневого цвета. Ольга не спешила и считала секунды пребывания на огне с каждой стороны. Парующий жаром и ароматом, «пласт» печенье уложен на тарелку, и так слой за слоем. И ничего больше не надо, как дать ему остыть, а посуду помыть, после собственной работы. | - Запомни, доча, - сказала мама, наблюдая со стороны, - тесто должно быть такое, чтобы посуда была практически чиста. Ты ложкой все собери, чтобы и на печенье для мамы хватило.
И действительно, из остатка теста вышло печенье из формы в центре. Получилось румяное и ароматное. Ольга раскрыла створки печатной сковородки, и печенье съехало на горку ароматных пластов. Еще через минуту дочь и мама наводят чистоту на кухне, а отец заносит самовар, как главу стола. Нехитрый завтрак две женщины готовят уже сами, а мужчина удаляется в гостиную, чтобы не мешать в передаче опыта. Спешить не куда и делают все размеренно. Простые блюда- экономят время для других дел, и женщины, немного посовещавшись, пришли к гениальному решению: омлет с начинками. Последние будут поданы в дополнение. Ольга старалась приготовить и покосилась на «горку» печенья. Мама ела свое печенье, глядя на дочь.
Потом был сам завтрак, который прошел однообразно. Радио тихонько вещало, а Подсолнухи кушали, думая о своем: глава семейства помышлял о том, чтобы быстрее позвонил «старьевщик» и забрал часть ненужных вещей, а потом и «мебельщик» приехал и купил не нужные уже «дрова»; хозяйка дома хотела, чтобы можно было бы коробки оттащить к стенам вместо пустых шкафов и освободить коридор. Ольга хотела, чтобы часть коробок с «готовой» продукцией забрал хозяин бутика, а в семью пришли деньги. Но эти все мысли тихо испарялись, как пар и аромат чая.
Особо растягивать чаепитие не стали. Ольга помыла свою посуду и укатила в гостиную заниматься плановыми работами с платками. Посмотрела по своему «расчету» и стала настраивать машинку под определенную букву, подбирая цвет. Сделав подготовку, начала вынимать пакет с наборами, чтобы набить нужные литеры на них. Вышивкой решила заняться, как только выполнит свою установку на день. Она знает то, сколько может выполнить, а полет фантазии, то полный неизвестности полет: или получатся экспромты, или нет.
Машинка работала, красиво вышивая литеры на дорогих платках. Она складывала их в коробку и помещала обратно в пакет. Делала пометки на бумаге, чтобы самой не держать цифры в голове. Ей не мешали родители, и работа спорилась. Ближе к полудню раздался звонок по телефону. Хозяин бутика хотел приехать и забрать часть больших сумок с дешевыми платками, кружевами и тесьмой. Старший Подсолнух только и мог согласится на приезд: меньше будет вещей, просторнее в гараже. В оговоренное по телефону время приехал хозяин бутика в микроавтобусе с помощником и забрал практически все сумки с дешевыми платочками. Все остальное шло по описи магазина в картонных коробках, что и было предоставлено. Хозяин бутика кивнул, и через четверть часа полный микроавтобус покатил в город. На коленях помощника находился коробок с уже купленным товаром. И часть сумок забрали с коридора. Стало посвободнее ходить и кататься.
И семья Подсолнух уже подумывала о том, как встретить Новый Год 2020. Раньше, в кругу книжных шкафов, елка вся в игрушках смотрелась дорого и уютно, а теперь шкафы больше напоминали «скелеты» и по-хорошему их надо было либо разобрать и вынести в гараж, либо закрыть той самой елкой. Пока время терпело, и старший Подсолнух ждал звонка от «старьевщика», обещавший явиться за книжными шкафами. Возникали мысли о том, чтобы не спеша разобрать их, но владелец может не захотеть покупать «дрова», чтобы складывать их, как пазлы. А так все на виду, и денег можно больше попросить за мебель.
- Скоро будет готов обед, - сказала хозяйка дома, появившись с полотенцем в руке. – И прогресс на лицо. Дом похож на дом, а не на подсобку магазина. | - Помогли человеку, а он – нам, - сказал старший Подсолнух, складывая платки в наборы. – А там видно, что будет.
И сделали еще пару наборов с литерой «М» пока их не пригласили за стол. Ольга убрала все в боксы и в коробки проработанные наборы. Поставила «галку» в плане и на коробке. Оставалось до праздника сделать этот коробок с наборами платков и еще один с картинками для работы бисером. Гнать вал не следует, поскольку от объема остались «крохи», которые могут не сегодня, так завтра забрать. И Ольга останется без работы. Шить мягкие игрушки? Шить постельные комплекты? Так это делают фабрики, а не одна швея с ограниченными возможностями. И с чем? Искать рулоны материи, чтобы кроить, шить, упаковать и почем потом продавать? На фабриках цены от объема, а у нее от чего? Заниматься мягкими игрушками, так то же надо от чего-то начинать. И пока мысли выстраиваться в что-то стоящее не хотели, а когда заурчал желудок, стало понятно: все откладывается на время после обеда.
Обед один, а блюд много. И когда насыщается организм, насыщается ли разум? Почему многие народы отдают предпочтение дополнительным факторам: вид блюда, аромат, вкус? Если ученые просчитали все до калории, то для чего эти дополнительные качества? Мы то, что мы едим? Является ли получение удовольствия от вида готового блюда, его аромат и вкус пищей не для тела? Сможет ли разум оценить частицы этого добра?
Ольга просто получала удовольствие от простых блюд, что приготовила мама для всей семьи. И они навеивали разные воспоминания из жизни. Раньше, как и многие дети, была несколько капризна: это не ем, то не ем. Ну, да, вареный лук переносила с трудом. Бабушка просто стала мелко его крошить и «перенос» прошел гораздо быстрее, чем когда-либо. Ближе к совершеннолетию предпочитала лук в блюдах либо кольцами, либо полукольцом. И стала больше есть овощных салатов. Фруктовые салаты не особо прижились, поскольку ела их обычным способом: по одиночке. Бабушка настаивала, чтобы фрукты во время сезона были натуральными без термообработки. И сейчас ее традиция неизменна, когда та получает фрукты во время перекуса вместе с таблеткой.
На время чаепития пришлись «очередные» выпуски новостей, шедшие по радио через каждые полчаса. И назвать их новостями было сложно, поскольку трудно собрать что-то новое с мира или по стране за такой короткий срок. А песни особо не веселили. Однако говорить о встрече Нового Года начали уже сегодня. Конечно, о выезде на природу, как это было в прошлом, не могло быть и речи: никто не хотел заболеть. Никто не ждал гостей, а тем более не собирался в гости. Пока не выявят вирус, не проведут испытание вакцины и не появятся излечившиеся, шастать «в народ» чревато большими проблемами. Слово «карантин» не может устранить слово «выгода» и примеров тому много от продажи продуктов и предметов до работ вне работы. И поэтому придумали слово «удаленка» И в виду ее «особенностей» «удаленка» - основная форма работы.
В виду такой вот ситуации решили ограничится простым предпраздничным ужином и праздничным завтраком. Елку поставить и нарядить в последний день года, чтобы создать праздничное настроение. В семье Подсолнух наряжали искусственную елку, чтобы не особо мусорить и не возиться с опавшей «красотой». Она хранилась в кладовой вместе с ящиком с игрушками и гирляндами. Все это будет потом, а сейчас кто-то подумывал о послеобеденном сне, о звонке на счет книжной мебели… | …Ольга стояла в комнате у окна, от которого постоянно сквозило холодом. Она ощущала его своими пальцами и видела эти щели глазами. Начинала высматривать то, чем можно было бы заткнуть их. Попробовала пальцами батареи. Холодные. Побежала смотреть на газовый котел, чтобы найти проблему. Он был холодный. Проверила газ. Тот поступает. Начинала зажигать его. Не получается. Еще раз накачивала в камеру и щелкала пьез зажигалкой. Маленькие огоньки начинали «суетится» и было видно, как задувает ветер. Перевела на большее пламя, чтобы могло выдержать порывы. Пока горит огонь, побежала смотреть наличие воды в расширительном бачке. Очень мало воды. К крану дотянулась рукой. Повернула один кран – нет воды. Другой – ни звука. Схватила пустую кастрюльку и бросилась к двери. Открыла ее и к первому чистому сугробу, чтобы зачерпнуть снега. И назад, чтобы не простыть. Как простынешь, если в доме холодно? Еще несколько кастрюль и чайник набиты снегом и «пожирают» пламя с конфорок. Она сама стоит рядом и тянет ладони к огню. Зубы издают легкий цокот. Пальцы откликаются тысячами уколов, но ее это не волнует, поскольку уже мчится с небольшой миской на улицу и ею загребает еще снег. Знает, что воды с такого объема будет мало. Лед плавится, и вода начинает закипать. Она не сбивает снег, а ломтями крошит в сосуды, чтобы быстрее добрать воды.
Кинулась к самовару, в котором обычно была вода для чая. Там пусто. Наполнять его и разжигать нет времени, поскольку только и успевает бегать между сцеживанием воды и заливкой в бачок. И пока топится снег, та рвет на мелкие куски тонкие вещи, скручивая их и ножом запихивая в щели окон. Если где-то приходилось применять силу, то были места, куда старалась сильно не давить, а только закрыть большую дыру. Ей было странно наблюдать то, как подобное образовалось в нормальном доме. Вроде бы с окна уже не дуло, но окон в доме много, и та суетится у каждого из них. Родители мерзнут, одетые. Они не могут ей помочь потому, что очень стары. Ольга даже с трудом узнала их лица. Откуда появились такие морщины и складки у губ? Пятна по коже и этот восковой цвет. Откуда? Когда? Они пытаются что-то сделать, но все валится у них из рук.
- Подружка, а как ты можешь быть на ногах? – спросил голос в гостиной, когда та в очередной раз неслась за остатками вещей. – Ты забываешь, что не можешь так передвигаться. Ничего личного, подружка. Просто факт, как аргумент.
И Ольга рухнула на пол. Не упал, как это делают дети о что-то споткнувшись, а именно рухнула на месте. В кресле отца сидела бесовка, вытянув копытца вперед. Хвост та держала в лапках и немного дула в ее направлении.
- Ты не против того, что я появилась без приглашения? – поинтересовалась бесовка, поглаживая подлокотник коляски. – Как-то ты не осторожно падаешь. Забирайся в коляску, - и та направила коляску к ней. – Сама понимаешь, что я и так делаю очень много для тебя.
Пришлось подползать и карабкаться, чтобы забраться в нее. Бесовка так и сидела на своем месте, наблюдая за происходящим. Заняв место в коляске, Ольга поехала на кухню, чтобы слить воды для расширительного бочка. Оказывается то, что легко делалось на ногах, пришлось дорабатывать в ее положении, пересаживаясь и переставляя банку с водой. Пересела на унитаз и оттуда, подняв высоко руку, заливала воду в окошко. Ей не было видно, куда та льется. Ориентировалась по слуху и потому, что не потекло через бортики. Скат в бочке не давал возможности набираться и переливаться через стенки, а сбрасывал вниз. Она слышала, как идут пузыри и выходит воздух, забирая воду. Ей снова пришлось катить на улицу, поскольку снега уже не было, а воды мало. Накинула куртку. Поставила на ноги таз и выехала из дома, закрыв дверь. Спустилась на площадке, крутя тросик, и сразу же развернулась у сугроба. Ее душа ликовала: все рядом! Взяла в руки таз, нагнулась и зачерпнула им побольше снега, выхватив объемную «шапку». Напряглась и поставила на ноги, которые не чувствовали холод. Въехала на площадку. Покрутила подъемник и оказалась на веранде. Покатила к двери. Открыла ее и въехала в дом. Отвезла таз на кухню, а сама там уже стаскивала куртку. Там было жарко и влажно. Жменями вкладывала снег в посуду, что стояла на огне. Пробовала еще раз краны – нет воды. И пока снег плавится, та катается по комнатам от одного окна к другому, пытаясь закрыть щели.
- Идите на кухню, - сказала Ольга родителям. – Там теплее. | Тела кое-как задвигались. Она не верила, что вот в это могли превратиться ее родители. Как-то странно, что щели начинали появляться не только у окон, а и в углах и стенах, когда рвались обои. Складывалось впечатление, что воды не хватало катастрофически. Снег впитывал воду и остужал кипяток. Подкладывала снег снова и снова. Потух котел. Пришлось снова заниматься им вручную. Порывы ветра гасили искру и выдували газ прочь. Ольга просто накачивала в камеру газ и снова старалась зажечь огонь. Не получилось, а родители, словно восковые фигуры, сидели за столом. Бросила занятия с котлом, а сосредоточилась на воде и «щелях», нарезая лоскуты. В щели пошла практически большая часть ее одежды. Старалась, чтобы не было видно их из щелей. Замазать было не чем. Заклеить обои не получилось, поскольку пузырек оказался подозрительно пуст. Да, если бы и был полон его, не хватит на все. Искать пачку клея для обоев времени нет, поскольку надо ехать на кухню и вкидывать снег в воду, чтобы опустошить таз и набрать его снова. Натянула куртку и положила таз на ноги. На голову накинула капюшон. Ветер усилился, но ей надо было ехать и добирать снега для дома. Зачерпнула и нагребла еще «горку». Взвалила на ноги и назад в дом. Холода не чувствовала, поскольку привыкла.
Литры воды втекали в систему отопления дома. Она еще каталась по дому, проверяя батареи на воздух в системе. Она даже забыла о том, что в ее доме находится бесовка. А что на нее обращать внимание, когда столько проблем разом? Проезжая мимо нее, заметила, что та водит коготком то по часовой стрелке, то - против.
- Заметила, - оскалилась бесовка, не вставая. – Суета она такая, как ветер в степи. Согрелась?
- А я и не замерзала, - ответила Ольга, покачав головой. – И что тебя сюда привело?
- Ты, подружка. Мы - практически одно целое. Ты занимайся, а я посмотрю за тобой.
Она устала и таскать воду и, если быть честным, выбесил котел, который упорно часто затухал. И нельзя бросить то, что нужно сделать, чтобы не замерзнуть во сне. Вот и старалась хоть как-то довести все к норме. Коснулась батареи пальцами. Та была горячая. Покатила в другие комнаты. Батареи грели комнаты. Она справилась, и на ее лице появилась довольная улыбка. Остаток натопленной воды сливала в пустые банки из-под воды, на «всякий случай». Ощутила усталость, как только стал нагреваться воздух в помещении.
- А ты – молодец, - похвалила бесовка, поднимаясь с кресла. – Но мне пора. Еще увидимся, - и исчезла так, как появилась, оставив аромат свежести холода.
Урчал котел, а по комнатам растекалось тепло. Родители снимали теплые вещи и шли к себе в комнату. Ольга погасила конфорки на печке и укатила в гостиную, чтобы самой залезть под одеяло и попытаться хоть немного поспать…
…Проснулась очень нехотя. Странное ощущение: вроде бы и хочется, и не хочется спать, словно и не спала. Осмотрелась по сторонам. Все то же самое, только отец не читает книгу, а разгадывает кроссворды из толстенного журнала. Мама на диване, а в ее ногах валяется Савва. Поднялась на локтях и попробовала пересесть в коляску, сбросив ноги вниз с кровати. Раньше делала подобное осторожно с аккуратностью, а сейчас, как получилось. Самое интересное то, что на них в последнее время не появлялось синяков и ссадин, даже после ее самых отчаянных попыток как-то заставить их шевелиться. Больше всего они напоминали ей куриную голень по цвету перед готовкой. И покатила вперед по коридору, чтобы освежиться после сна и завершить начатую работу. Расположилась за столом и открыла свой блокнот. Теперь все эти выписки и график работ можно выбросить в урну, поскольку осталось еще коробок с дорогими наборами и картинки для работ с бисером. Ну, а цветная гамма ниток без материалов никому не нужна. Они так и остались лежать на самом дне. Их и хозяин бутика не забрал. Никто не купил.
Ольга расчехлила машинку и повозилась с наборами, выбивая очередную литеру «Н» в строго отведенном углу. Сделала набор, завернула и в сторону отложила. Занялась следующей коробкой. Все ее вычисления на счет «люкс» наборов держались на том самом уровне прошлых заказов. И выполнить их не составляло большого труда, поскольку «на безрыбье и рак – рыба». И теперь не знала, чем себя занять. Наборов с бисером на долго не растянуть, а набивка литер завершится дня через два-три, если ничего такого не случится. Только и занималась наборами, выставляя в блокноте-плана свои «галочки». При ее умении и наличии материала трудно было «тянуть» саму работу. И не зачем. | Время ужина пришло быстро, а азарт работ только набрал самый пик, когда можно просто «парить» и наслаждаться ее исполнением. Еще несколько букв были «закрыты», и та начала собирать все инструменты в боксы, зачехляя машинку. Проверила состояние механизмов после работы. Немного подмазала. Слегка улыбнулась…
…- Перед вами ваши основные помощницы, - говорила мастер по швейному делу, указывая на швейные машинки. – Разумеется, от частых работ могут возникнуть разного рода неприятности. Это и обрыв нити, и скрежет, и разного рода звуковые эффекты, которые скажутся на ровности строчки. Если вы работаете на машинках, то вы обязаны их знать, как «Отче наш» и заботится о них так, как за собой.
- То есть мы будем разбирать те машинки, на которых работаем? – поинтересовалась Ольга, опустив взгляд на нее. – И она после моего вмешательства будет работать?
- Должна, если все сделаешь правильно, - согласилась мастер. – Это и будет итоговая работа по «обслуживанию». Я вас познакомлю с многими видами машинок. Вы будете на них работать долго и заниматься обслуживанием.
- А сколько это в часах? – поинтересовалась соседка.
- А после обеда и до ужина, - был ответ. – Опыт нарабатывается только трудом. Другого не дано.
Любой механизм похож друг на друга и его обслуживание требует знаний и умений. И пока одни группы работают, другие занимаются «чисткой» техники. Потом просто меняются местами. Но Ольга не доверяла никому, и сама просматривала машинку, пробуя на «ровность» шва. Прислушивалась к ее работе. И мастер «гоняла» всех швей «от и до», чтобы выработать фундамент в профессии.
«Знакомство» со всеми группами швейных машин происходило не только во время занятий, а и на производственных работах. Поскольку у них всех квалификация считалась самая низкая, то и «дрессировали» на такой же объем операций. От них требовалась выполнение простых операций, но в больших объемах. Сшивали то, что выдавали «закройщики». В основном это было постельное белье в низкой категории цен. В основном для детсадов, больниц и для таких же, как и они сами. Ткани ей не очень-то и нравились, но выбирать ей не приходилось. И именно тогда та и узнала более подробный смысл и глубину слова «норма».
— Это обычно столько, сколько требуют сделать в смену для работниц вашей квалификации, - говорила мастер, не покидая кабинет с машинками. – Это немного, но и не мало. Это так же позволит вам ценить собственное время и коллег по работе…
…Ольга составила бокс со стола и зачехлила машинку, проведя тряпочкой по столу. Подобное движение всегда завершало ее работу. Чистота рабочего места вырабатывалась в центре очень быстро и в строгой форме. Так учили всех, должным образом относится не только к самой работе, но и к имуществу. И отправилась на кухню, когда позвала мама.
В небольшом мирке, именуемой кухней, семья Подсолнух собралась, чтобы недолгим ужином проводить очередной вечер. И пока работает радио семья ужинает, думая о своем. Хозяйка дома радовала сегодня всех жареной рыбкой с макарошками, и была открыта баночка с салатом, рецепт которого нашла в старом советском журнале и аккуратно перенесен в одну общую тетрадь, как это ранее делала ее мама, бабушка Ольги. Разумеется, никто не забывал о «Книге о вкусной и здоровой пище», которая находилась на почетном месте и пользовались очень часто. Но в тетрадь вносили то, что появлялось в более позднее время, а не в 1955 году. И эту книгу вряд ли бы выставили на продажу. | Каждому по ложке салата в довершении композиции в тарелку к рыбке, чтобы и похрустеть и маринадом добавить ноток к знакомому с детства вкусу. «Умение удивить в простом блюде – дорого стоит, - как говорила ей мама на кухне при очередной «готовке». – И не нужно что-то придумывать слишком сложное. Тебе это все нужно готовить».
Ольга помнила посиделки на кухне, когда отец занимался своими делами. Действительно, все получалось просто и быстро от обеда до легкого перекуса (сырники или оладьи – к чаю). Собственно, такая традиция и осталась в семье Подсолнух. «Долго ли умеючи?» - поговорка проговаривалась нередко в кругу кухни у печки, как некое заклинание перед очередным свершением.
И сегодня к чаю были поданы те самые простые оладьи, а к ним из холодильника достали баночку с грушевыми дольками. Варенье приготовлено с минимумом сахара и воды, а все на соке, что и дал «медовую» текучесть и великолепный цвет. Приятно не только видеть, а и лакомится дольками груши с горячими оладьями. А Ольге больше нравилось лакомиться, чем готовить. Это правда, но она никогда не отказывала в помощи родителям: и собирала, и отвозила, и чистила, и мыла фрукты. Она крутила ручку пресса, чтобы выжать наибольшее количество сока. Вот тут ей пригодились тренировки по утрам.
Да, видела свою работу в этой маленькой тарелке на ароматных оладьях. С чаем было вкусно. Она получала удовольствие от чаепития, и было решено, как начать подготовку к Новому Году с завтрашнего дня, чтобы не особо торопиться и успеть в срок. И с этим вечер на кухне завершился. Ольга вымыла свою «пару» и поставила на место, а родители остались еще на кухне: просто трем жильцам там не развернуться.
И путь ее лежал к столу, но к месту, где компьютер. Подкатила. Повернула.
Зафиксировала тормоз, как должное, чтобы не откатится в важный момент из-за накала эмоций. Ее обучали не столько пользоваться коляской, сколько сживаться с ней, чтобы пользоваться, как ногами. Сказал тренер еще в больнице на тренировке по овладению коляской, как средством передвижения. Все происходило в зале, который сделали под помещение с разными «неудобными» помехами. И Ольга, словно водитель-ученик, на коляске проходила «выкатку часов». Это в центре она уже стала нарабатывать опыт по более практическому использованию коляски. От воспоминаний появилась улыбка на губах. «Хороший человек, - подумалось ей, вспоминая его имя и отчество. – Интересно, работает еще или нет?»
Полезла в интернет, и через «поиск» нашла то, кого хотела. Да, он работал все там же в реабилитационном центре. Правда, в связи с пандемией, центр перешел на карантин и временно не работал. Утолив свой интерес, удалила страницу и перешла по иконке в игру, чтобы посмотреть: появились ли изменения?
* * *
«Штрафная» осмотрелась вокруг. Все тот же маленький зал, что являлся началом и завершением лабиринта Кусков Безнадеги Беспросветной на куске Скрежета. И проверила содержимое собственного котла. Он был пуст, словно ничего из вещиц по сюжетам не таскала. У нее остались только свои камни стихий и объем манны, что успела насобирать. Она точно помнила, что выходила из лабиринта тяжелая, словно вьючное животное, а тут такая легкость образовалась.
«И где мои вещи, дружище? – поинтересовалась бесовка у симбионта, показывавший разные направления. – Что произошло после того, как я тут осталась?» | «Осталась? – хохотнул симбионт, показывая ей то, что не успела запомнить. – Тебя оставили здесь».
«Не запомнил кто?»
«Да, землекоп «Петрович» и сбросил. «Дворники» оставили «мусор»», - тот разошелся истерическим хохотом.
«Успокойся. Ты пробыл тут все это время. Рассказывай».
«Нечего рассказывать. Одни стены вокруг. Ты же видишь. Однако я отлично помедитировал.»
«Ну, тогда шагнули».
И «штрафная» прошлась к выходу из зала в коридор лабиринта. Серые и унылые камни лабиринта не походили на праздничную иллюминацию. Остановилась. Прислушалась. Раньше ее хотели атаковать множество монстров, а теперь почему-то тихо, словно никого нет. И «Зорро» отозвался из кулона, желая утолить голод. И действительно, никого не было. Ее «красный» сектор горел постоянным цветом, как обычный «зеленый».
«А, ну-ка, дружище, поищи что-нибудь живое собственным взглядом, - сказала «штрафная». – Не может такого быть, чтобы лабиринт опустел».
«Впереди, - ответил симбионт. – Твои желания исполняются».
И правда, впереди передвигался кусок слизи с небольшим родником манны. Он светился и быстро привлек внимание бесовки, а поскольку у него нет ни панциря, ни конечностей, то особо сопротивляться нечем. И «штрафная» ударила его своим «лезвием». На что получила ответный удар электричеством, но не сильный. Та еще несколько раз ударила комок слизи и получила в ответ удары, но меньшие по урону. Попыталась располосовать «комок», но тот оказался на столько «текуч», что ее «лезвие» ударялось в камни пола. И била его, получая такие же «ответы». Она ждала трофей, чтобы идти дальше. Эта слизь вскоре начала светится еле заметным светом, и бесовка ударила «лезвием» в него. Увидела, как по «лезвию» протекла вся манна и исчезла в собственном котле. Оказалось, выпало всего пятнадцать единиц манны и…ничего из трофеев.
И пока никого нет из монстров лабиринта, полезла в «Альманах», чтобы узнать о том, кто населяет лабиринт «Кусков Безнадеги Беспросветной». И посмотреть, где находится, поскольку ее карта отчасти покрыта мраком. Нашла эту слизь в «Альманахе». Ее характеризовали, как часть аморфного монстра, который обитает в лабиринте «Кусков». Разбирали по частям, которые через определенное время могли собраться в аморфа и принять любую форму и вид. Слизь могла биться током, была ядовита и поглощала стихийный урон. Так же указывалось, что ее можно есть, забирая манну. А бесовка ее уничтожила, используя «лезвие». Ей показалось странным то, что не отображалось ни название монстра, ни его уровень.
Слизь вскоре начала попадаться чаще, то в виде сгустков, то «лужиц». Третье состояние – покрывала некоторые камни на стенах и потолке. Вылезала из щелей между камнями и капала на голову бесовки, скатываясь на пол. Вместе с нею бесовка теряла единицы манны. Правда «потеря» зависела от объема капли. Без шума и пыли теряла манну на ровном месте. Приходилось ей и атаковать, и жрать слизь пока не соединилась или не образовала большую кучу монстра-аморфа. Зачем ей проблемы с большим монстром? Вопрос: есть или не есть? Не стоял в плане на выживание. Конечно, есть. И потянулись ее везде сущие лапки к первому комку слизи. Тот начал от нее «утекать», но не быстро. Ей хватило сноровки затолкать в собственную пасть комок слизи. Пришло в котел еще пятнадцать единиц манны. |
<<|<|55|56|57|58|59|60|61|62|63|64|65К списку тем
|
